«Судьбы полтавских казаков». Александр Ярошецкий

/ Июль 22, 2018/ Казачество и купечество до революции 1917 г./ 0 комментариев

Предисловие редактора

Первоначально статья «Судьбы полтавских казаков» была опубликована в газете «Союзная мысль» в 2014 г., потом в местной газете «Метро 74» (в нескольких номерах за сентябрь 2014 г.) В несколько изменённом виде она была опубликована в историко-краеведческом сборнике «Хронист» («Цицеро», Челябинск, 2016).

Эта статья поднимает давнюю проблему старого казачьего кладбища Полтавской казачьей станицы (поселка) которая относилась к Великопетровскому станичному юрту. Александр Ярошецкий – карталинский краевед, неравнодушный к истории казачества человек озадачился и заболел этой проблемой в 2013—2014 гг., когда его друг Андрей Молчанов (его рассказ приводится в статье) показал ему старое заброшенное кладбище Полтавского казачьего посёлка.

С тех пор у них с Андреем Молчановым возникла идея возродить это кладбище. История эта непростая и долгая. Были выступления на Карталинском ТВ с этой проблемой, была опубликована в «Карталинской нови» № 37, от 23 сентября 2017 г. статья, обращение ко всем неравнодушным карталинцам. В конце концов благодаря стараниям удалось с в сентябре-октябре 2017 г. установить памятный крест на старом кладбище. Но он до конца не оформлен.

Памятный крест на старом казачьем кладбище пос. Полтавка (Карталы). Памятный крест на старом казачьем кладбище Полтавского посёлка.

Памятный крест на старом казачьем кладбище пос. Полтавка (Карталы).

Осталось установить:

  1. Памятную гранитную доску с надписью.
  2. Табынскую икону Божьей Матери на камне.

Табынская икона Божьей Матери является главным символом и покровительницей полтавских казаков и всего Оренбургского казачьего войска.

  1. Ограду вокруг этого кладбища. Для этого нужны немалые средства.

Поэтому хотелось, чтобы люди откликнулись, поучаствовали в этом благом деле, кто средствами (сбор организован в магазинах «Аят» и «Семья» в Полтавке, принадлежащих Ольге Романовне Мирошиной, установлено 2 ящичка для пожертвований или непосредственно А. Ярошецкому под роспись), кто непосредственным участием.

Хотелось бы обратиться к предпринимателям. В финансовом отношении это будет вам стоить немного, это средства которые Вы потратите на материалы, но если их оценивать с точки зрения пользы, которую Ваша помощь может принести, то она останется в памяти людей и это дорого.

Это будет большой услугой для карталинцев, потомков казаков и они высоко оценят Ваш вклад.

В конце статьи приведено обращение А. Ярошецкого к карталинцам.

Е.В. Каюков

 

Александр Ярошецкий

Судьбы полтавских казаков

 

Посещение кладбища в г. Карталы возбуждает в душе много чувств и мыслей, по большей части очень горьких. Городское кладбище, что находится возле Полтавки, по всему периметру огорожено железной оградой. За пределами этой ограды, рядом, в полном небрежении и забвении находится старое казачье кладбище. Без всякой ограды, поросшее густой многолетней травой, заброшенное, поруганное. Старую каменную ограду из плитняка разобрали давно в советские годы. В те же годы деревянные кресты выдергивали и использовали в качестве дров жители близлежащих домов. Остались кое-где чудом небольшие старинные металлические кресты, покосившиеся, погнутые.

О существовании этого старого казачьего кладбища знают, наверное, только некоторые потомки полтавских казаков. А ведь здесь покоятся отцы-основатели Полтавской казачьей станицы, основатели нашего города. Покоятся те, кто проливали свою кровь и в Русско-турецких войнах, и Русско-японской войне, и Первой мировой войне и других войнах. Во многом благодаря тому, что они героически защищали Россию, мы с вами живем на этой земле. Получается, что нам на это и на них наплевать. Плюём в тот колодец, из которого пьём живую воду…

Старое кладбище Полтавской казачьей станицы (рядом с современным кладбищем г. Карталы).

Старое кладбище Полтавской казачьей станицы (рядом с современным кладбищем г. Карталы).

Когда же мы наконец поймём, что нет никакого светлого будущего у тех, кто не чтит и не помнит своих предков и своей истории? Кладбища во все времена и у всех народов считались священными и неприкосновенными местами. В каком же страшном, оскверненном, обезображенном состоянии находится старое Полтавское казачье кладбище… Оно превратилось в заброшенный пустырь.

На этом пустыре-кладбище одиноко и странно выделяются несколько современных памятников. Их поставили потомки тех казаков, что здесь покоятся. Один из них поставлен на месте погребения урядника Неклюдова Ивана Максимовича. На памятнике обозначены точные даты рождения и смерти. Родился 7.07.1878 г., умер 15.04.1933 г. В «Именном справочнике казаков ОКВ, награжденных государственными наградами Российской Империи» (Челябинск, 2012 г.) есть запись: «Неклюдов Иван – писарь пос. Полтавского, серебряная нагрудная медаль «За усердие» на Аннинской ленте»[1].

Место захоронения казака урядника, писаря Полтавского пос. Неклюдова Ивана Максимовича (07.07.1878 - 15.04.1933 гг.) на казачьем кладбище с. Полтавка. Могила казака урядника, писаря Полтавского пос. Неклюдова Ивана Максимовича.

Место захоронения казака урядника, писаря Полтавского пос. Неклюдова Ивана Максимовича (07.07.1878 — 15.04.1933 гг.) на казачьем кладбище с. Полтавка.

На современном огороженном кладбище г. Карталы есть много могил полтавских казаков. За какими-то из них до сих пор ухаживают потомки-родственники, за другими не ухаживает никто и они, как правило, уже без всяких опознавательных знаков. В частности, есть могилка Соколова Григория Васильевича (1885 – 4.12.1945), где на фото хорошо виден Георгиевский крест. Есть могилы Теплякова Федора Степановича (10.06.1886 г. – 2.02.1972 г.), Сергеева Василия Петровича (1878 г. — 3.09.1957 г.), Рыбина Александра Ивановича (1882 г. -1952 г.) и других казаков.

Могила Полтавского казака Соколова Григория Васильевича (1885 – 4.12.1945 гг.) на современном кладбище г. Карталы. Награждён Георгиевским крестом.

Могила Полтавского казака Соколова Григория Васильевича (1885 – 4.12.1945 гг.) на современном кладбище г. Карталы. Награждён Георгиевским крестом.

Могила Полтавского казака Теплякова Федора Степановича (10.06.1886 г. – 2.02.1972 г.) на современном кладбище г. Карталы.

Могила Полтавского казака Теплякова Федора Степановича (10.06.1886 г. – 2.02.1972 г.) на современном кладбище г. Карталы.

Полтавский Казак Тепляков Фёдор Степанович в центре.

Полтавский Казак Тепляков Фёдор Степанович в центре.

Но сколько полтавских казаков не нашли приюта на родном кладбище и сгинули на полях сражений Первой мировой войны, Гражданской войны и в застенках советских лагерей и тюрем. Великое множество. Именно о них хочется рассказать. Чтобы помнили.

Известно, что многие казаки из станицы Полтавской Верхнеуральского уезда (а позже Троицкого уезда) в 1918—1920 гг. активно воевали в рядах атамана А.И. Дутова против Советской власти, организовав на территории Полтавской станицы добровольческий белоказачий кавалерийский полк. Он так и назывался Полтавский полк. Но некоторые казаки, не хотели воевать ни за белых, ни за красных, не хотели участвовать в братоубийственной войне и были настроены нейтрально.

Казачьи станицы и поселки разоряли не только красные. Не надо идеализировать белое движение, и в частности, атамана А.И. Дутова. Дутовцы отбирали хлеб, скот, фураж, накладывали контрибуции и непосильные налоги. Проводились насильственные мобилизации казаков в армию. Те, кто уклонялся от мобилизации, присуждался к расстрелу и конфискации имущества. В конце апреля 1919 г. атаман Оренбургского казачьего войска полковник А.И. Дутов писал из г. Троицка адмиралу А.В.Колчаку: «Мы в настоящее время берём от деревни всё – и солдат, и хлеб, и лошадей, а в прифронтовой полосе этапы, подводы и прочее лежат таким бременем на населении, что трудно представить. (…) В деревнях нет ситца, нет сахара, нет спичек и керосину. Пьют траву, самогонку, жгут лучину»[2]. Приказ Дутова № 220 от 3.04.1919 г. по войскам отдельной Оренбургской армии: «Брать заложников. Население посёлков ответит головой в случае малейшего признака неблагонадежности»[3].

О том тяжёлом положении свидетельствует следующий документ: «Протокол № 33 от 1 марта 1919 г. юртового сбора станицы Полтавской: «Имеем суждение о поставке подвод в транспортный отдел в Верхнеуральск из неспособных казаков. Так как в данное время казаки мобилизованы до 55-летнего возраста включительно, остается в станице до 80 стариков, негодных ни к службе, ни к труду. Приезжают ежедневно господа офицеры и командиры нижних чинов на фронт, на коих ежедневно тратится до 200 подвод.

Постановили: просить Войсковое правительство мобилизованных неспособных казаков нашей станицы с подводами от мобилизации и командирования на транспортный пункт освободить и оставить при нашей станице для отбывания обывательских подвод.

Ходатайствовать по сему уполномачиваем вахмистра Ивана Петровича Шерстобитова и казака Василия Николаевича Казанцева. В том и подписуемся: Прокопий Князев, Егор Дубровин, Василий Лопатин, Петр Баталов, Федор Гречущев, Иван Молчанов, Владимир Звездин, Семен Осипов, Петр Звездин, Василий Некрасов, Иван Лаптев, Михаил Пьянкин, Василий Щербаков, Петр Утробин, Дмитрий Карпов, Михаил Тепляков и другие.

Резолюция. Ходатайствую перед Войсковым правительством, начальник военного отдела войсковой старшина Пискунов. 6.03.1919 г.»[4].

Один из двух уполномоченных от полтавских казаков Василий Николаевич Казанцев до революции служил казачьим атаманом поселка и инструктором по обучению казаков.

О судьбе одного из этих подписавшихся полтавских казаков Иване Пафнутьевиче Молчанове хочется рассказать особо. Всё это известно со слов Андрея Александровича Молчанова, коренного полтавского жителя, правнука Ивана Пафнутьевича.

Казак Иван Пафнутьевич Молчанов был не просто прихожанином Полтавского Казанско-Богородицкого храма, но и вставал петь на клирос. Окончил Полтавскую казачью школу, был грамотным, любил читать духовную православную литературу. У него дома был сундук, в котором бережно хранились церковные книги.

Однажды, весной 1919 г., в Полтавскую станицу пришли дутовцы и стали в принудительном порядке забирать оставшихся казаков. Иван Пафнутьевич Молчанов поначалу отказывался. Из-за своей глубокой веры в Бога он не хотел участвовать в братоубийственной войне. Но дутовцы рассматривали это как приверженность к красным, как трусость и предательство. Пришлось подчиниться Ивану и его 18-тилетнему сыну Сергию. Отец Иван и сын Сергий были мобилизованы и отбыли в неизвестном направлении.

Вскоре это белое формирование разбили красные отряды. Казак Иван Молчанов, ещё до поражения от красных почувствовав сердцем, что скоро их убьют или арестуют, ночью отправил своего сына Сергия тайком домой. И сын Сергий чудом выжил, вернувшись домой много месяцев спустя. Иван же попал в плен к красным. Потом его и одну женщину-эсерку конвоиры повезли в Оренбург. Казак Иван Молчанов понял, что его по дороге расстреляют и рассказал женщине-спутнице, кто он и откуда.

Предчувствия его не обманули. Когда красные конвоиры остановились в пути, чтобы учинить над ним расправу, Иван попросил помолиться перед смертью. Ему разрешили. Он встал спиной к ним и помолился. Три конвоира с трёх винтовок разнесли голову Ивану Молчанову. Об этом поведала в Оренбургской тюрьме, находящимся там его казакам-землякам, оставшаяся в живых эсерка. А уже кто-то из них, вернувшись домой, рассказал это родным убиенного казака. То, что пережила за это время жена Ивана – Александра Петровна, бывшая в неведении о судьбах мужа и сына, вообще отдельная история.

Неизвестны место гибели и точная дата расстрела Ивана Молчанова. Можно сказать лишь, что на момент 1 марта 1919 г., согласно вышеприведенному документу, он был жив. Не сохранилось фотографии казака Ивана Молчанова, но сохранилось редкое фото его сына Сергия. На этом фото он ещё малолеток, сидит вместе с друзьями (на фото слева). Сергий Иванович Молчанов родился в Полтавском поселке 7 сентября 1899 г. Прожил здесь всю жизнь, отошёл в мир иной 17 апреля 1975 г. и похоронен на городском кладбище.

Казачьи малолетки (станица Полтавская) Сергий Молчанов сидит слева.

Казачьи малолетки (станица Полтавская) Сергий Молчанов сидит слева.

Могила казака С. Молчанова на городском кладбище г. Карталы.

Могила казака С. Молчанова на городском кладбище г. Карталы.

И ещё один трагичный пример. Ильин Григорий Ефимович, 1886 года рождения, урядник Полтавского казачьего поселка.

После поражения колчаковской и дутовской армий десятки казаков-полтавчан ушли за границу, несколько лет проживали на территории Китая, Монголии, Японии и других стран. Кто-то там и остался, а некоторые после амнистии в начале 20-х годов возвратились в страну Советов, предварительно пройдя через чистку органов ЧК. Среди вернувшихся в родную станицу оказались есаул П.Я. Савинов (трижды Георгиевский кавалер), сотник М.Н. Федоров (полный Георгиевский кавалер), урядники и рядовые казаки В.С. Звездин, Г.Е. Ильин, Ф.И. Лопатин и другие. Все они в последующем были неоднократно судимы Советской властью, а в 1937—1938 гг. были репрессированы органами НКВД как враги народа, японские шпионы и диверсанты[5].

Отец Григория – казак Ефим (Евфимий) Иванович Ильин был лично знаком с известным русским учёным Владимиром Ивановичем Вернадским. Известно, что предки В.И. Вернадского были запорожские казаки. Неизвестно откуда занесло в Полтавский казачий поселок Ефима Ивановича Ильина. В списке первых поселенцев Полтавской станицы за 1845 г. нет казаков с фамилией Ильин.

Григорий Ефимович Ильин был арестован в Полтавском поселке 15 марта 1938 г. На момент ареста ему было 52 года. В семействе его была жена Антонина Осиповна, 52 года. Детей у них не было. Известно со слов родственников, что он участвовал в Первой мировой войне. Согласно анкете, заполненной 16 марта 1938 г., родился Григорий Ильин 3 января 1886 г. в Полтавском поселке в казачьей семье. Русский, грамотный, окончил Полтавскую казачью школу, из кулаков, хлебороб, в партии не состоял. В белой армии служил с 1919 г., вступал в отряд Дутова, с ним отступил в Китай и находился около г. Чугучака на реке Эмень. Вернулся в Россию в 1922 г. (по другим данным в 1928 г.). В 1929 г. (по другим данным в 1930 г.) был судим за «злостный убой скота» и был приговорен к 5 годам выселения и конфискации имущества.

Он был раскулачен одним из первых (в 1929—1930 гг.). Те, кто жили какое-то время за границей и участвовали в белом движении, были на особом счету у особых органов Советской власти. Раскулачивание, как известно, совершалось чаще всего по доносам местных жителей, как правило, завистливых и беднейших тунеядцев. Одним из таких доносчиков был П. Р. По рассказам коренных полтавских жителей, многих людей погубил этот «новый советский человек».

Ильин Григорий входил в число зажиточных казаков-тружеников, которых в Полтавском поселке было большинство. В 1913 г. он построил здесь добротный деревянный дом по улице Базарной (ныне ул. Просвещения). Он прекрасно сохранился до наших дней. Ему уже больше 100 лет. Этот дом повидал на своем веку многое. В годы гражданской войны его жители прятались в подпол во время артиллерийских обстрелов Полтавской станицы красными частями со стороны Толстинской дороги. Этот дом имеет раны с тех давних времен, следы от шрапнели. Имеется старинный металлический навес от ворот, на котором вырезаны инициалы Г.Е. Ильина и год постройки дома (1913 г.). Имеется свидетельство местной жительницы, коренной полтавчанки, о разорении этого дома при раскулачивании. Жена доносчика П. Р. пришла в этот дом и стала брать оставшиеся приглянувшиеся ей вещи: скатерть, полотенце и прочее.

До ареста в 1938 г. местом жительства Г.Е. Ильина был Полтавский посёлок и он работал десятником в лесопитомнике Полтавского райлесхоза. То есть после выселения в 1930 г. из Полтавки, он снова вернулся в родные места. Но уже не в прежний дом.

При обыске 16 марта 1938 г. изъято: карта с неизвестным шрифтом, Библия – Ветхий и Новый Завет, письма – 3, блокнот и ружье-переломка, патроны калибра 24, 3 – заряжены дробью.

Было заведено «Дело № П-17731 (следственное № 15351) помощником оперуполномоченного Полтавского РО УНКВД Малышевым, где гражданин Ильин Г.Е. «достаточно изобличается в том, что является агентом иностранного государства и проводит на территории СССР шпионскую деятельность» и привлечен по ст. 58, п.6. Ордер на арест Ильина Г.Е. выдан 16 марта 1938 г. сотруднику Полтавского РО УНКВД по Челябинской области Маклакову. Объявлено подсудимому 22 марта 1938 г. Арестованный Ильин Г.Е. был отправлен после этого в Магнитогорскую тюрьму.

Согласно протоколу допроса от 28 марта 1938 г., Ильин Г.Е. якобы признался, что является агентом японской разведки, по заданию которой проводил контрреволюционную повстанческую работу, направленную на свержение Советской власти. Якобы Савинов Павел Яковлевич руководил этой организацией, от него Ильин получил задание на активизацию контрреволюционной деятельности и приступил к вербовке лиц в повстанческую группу. Ильин Г.Е. якобы сознался, что в 1929 г. им были завербованы следующие лица: Новокрещенов Пётр Алексеевич, Неклюдов Иван Максимович, Рассохин Леонтий Иванович, Шерстобитов Михаил Иванович, Шерстобитов Иван Петрович.

Также Ильин Г.Е. якобы говорил, что если ему представится возможность встретиться с кем-либо из руководителей партии и правительства, то своими руками задушил бы их. Допрашивал Григория с «особым пристрастием» помощник оперуполномоченного 3-го отделения МГО НКВД младший лейтенант ГБ Двойников.

Среди перечисленных «завербованных» казаков упоминается урядник Неклюдов Иван Максимович. Именно ему установлен памятник на старом Полтавском казачьем кладбище. А также вахмистр Шерстобитов Иван Петрович, который был уполномочен от полтавских казаков ходатайствовать перед Войсковым правительством 1 марта 1919 г.

В «Обвинительном заключении» от 22 апреля 1938 г., состряпанным тем же мл. лейтенантом ГБ Двойниковым, утверждается, что Магнитогорским ГО НКВД якобы вскрыта и ликвидирована контрреволюционная повстанческая организация, созданная японской разведкой, действовавшая в Магнитогорске и прилегающих к нему районах. Активным участником этой организации являлся Ильин Григорий Ефимович, который был завербован в 1920 г. в Китае японской разведкой через белогвардейского офицера Семигулова. Виновным себя признал. Следственное дело № 15351 по обвинению Ильина Г.Е. было направлено на внесудебное рассмотрение согласно приказу НКВД СССР № 00485.

Согласно «Выписки из протокола № 55 заседания Особой тройки УНКВД по Челябинской области» от 26 октября 1938 г., ПОСТАНОВИЛИ: Ильина Г.Е. заключить в исправительно-трудовой лагерь на 10 лет, считая срок с 15 марта 1938 г.

В Магнитогорской тюрьме Григорий Ефимович Ильин находился около 7-8 месяцев и далее был отправлен в лагерь в Архангельской области. Находясь в Каргапольском исправительно-трудовом лагере, Григорий Ильин посылает 15 мая 1940 г. на имя наркома НКВД жалобу на несправедливость наказания и убедительно просит освободить его от тюремного заключения. В письме он указывает, что «никакой, никогда и нигде контрреволюционной деятельностью я не занимался и впредь не думаю заниматься». С горечью Григорий Ефимович пишет, как следователь «в целях заполучить от меня признания в вымышленных им обвинениях, применял ко мне меры физического воздействия, а именно: меня ставили на «стойку», избивали кулаками по лицу, садили в холодный подвал и т.д. Будучи физически обессиленным и морально подавленным в связи с переносимыми ежедневно пытками, я после очередного допроса, при котором я потерял сознание, подписал протокол, содержание которого я не знаю до сих пор…».

Письмо-жалоба, естественно, не дошла до адресата, была рассмотрена начальником 2-го отделения 3-го экономического отдела Управления НКВД по Челябинской области лейтенантом ГБ Пивоваровым, и не была удовлетворена. Решение Особой тройки посчитали законным и правильным, а физическое воздействие при допросах – правомерным.

Пока неизвестно в каком точно году скончался в лагере Григорий Ефимович Ильин. Домой он уже больше не вернулся. Его супруга-вдова бездетная Антонина Осиповна какое-то время жила в Полтавке, потом переехала жить в Аннинский поселок, где по всей видимости и скончалась в глубокой старости. В соответствии с Указом Президиума ВС СССР от 16 января 1989 г., Григорий Ильин был реабилитирован 1 июня 1989 г. по заключению прокурора Челябинской области.

С сохранившейся дореволюционной фотографии Григория Ефимовича Ильина, на нас смотрит красивое, умное, благородное, смелое и мужественное лицо. Статный, сильный духом и телом казак. В веселом настроении он правой рукой опирается на бутылку, а левой рукой на шашку. Не зная, какие страшные испытания ему уготовила судьба.

Урядник Полтавского казачьего поселка Григорий Ефимович Ильин 1886 г.р. Урядник Полтавского казачьего поселка Григорий Ефимович Ильин 1886 г.р. (на фото справа в центре).

Урядник Полтавского казачьего поселка Григорий Ефимович Ильин 1886 г.р. (на фото справа в центре).

У Григория Ефимовича было несколько родных братьев. Судьбы их сложились по-разному.

Его родной брат Василий Ефимович Ильин был послан учиться отцом Ефимом Ивановичем в Санкт-Петербург. Там он был захвачен революционной смутой, участвовал в Первой русской революции 1905 г., сблизился с большевиками. За участие в революции был сослан на Урал в Куртамыш вместе с известным революционером Бабушкиным. Здесь он знакомится с местным казаком Николаем Томиным, они подпольно создают революционную группу, выезжают в села, устанавливают связь с другими политссыльными, ведут агитацию среди казаков, крестьян и рабочих.

10 августа 1906 г. Василий Ильин был арестован и отправлен в Челябинскую тюрьму со своим соратником Рогалевым, а оттуда в Сибирь ссыльным. Вслед за Василием отправилась в Сибирь его любимая Прасковья (Параскева) Чучина из Полтавского поселка, ставшая ему женой. В 1914 г., когда началась Первая мировая война, Василий Ильин ушёл на фронт. В 1917 г., после революционных событий, он вернулся на родину, в Полтавскую станицу и начал активно работать в казачьей среде[6].

В марте 1918 г. в Полтавской станице устанавливается советская власть. Тогда же был образован Полтавский Совет казачьих, рабочих, солдатских и мусульманских депутатов. Прибывшие представители Троицкого Совета и Комитета большевиков провели на Полтавских угольных копях митинг с участием казаков и шахтеров. Казака (и одновременно большевика) Василия Ефимовича Ильина избирают председателем Полтавского Станичного Совета. Его секретарем избирают шахтера-забойщика Анисима Анисимовича Романенко (позднее, в 30-е годы, он станет прокурором Троицкого округа). В станичный Совет были избраны: шахтер А. Ефимов, казаки-бедняки Н.А. Карпов и А.М. Шибанов, урядник Михаил Павлович Колобынцев, бывший атаман А.Н. Звездин и другие[7].

В июне 1918 г., с приходом белочехов, власть на Урале поменялась. Советы повсеместно, в том числе и в Полтавской станице были ликвидированы. Позднее, когда ситуация опять кардинально изменилась, Василий Ильин, чтобы сохранить мир в станице и избежать кровопролития, разоружает своих казаков. Разоружение прошло мирно, казаки покорились. Дальнейшую судьбу Василия Ефимовича Ильина пока не удалось выяснить.

Был ещё и третий брат – казак Полтавской станицы Алексей Ефимович Ильин. В метрической книге Казанско-Богородицкой церкви Полтавской станицы за 1918 г. есть следующая запись: «1 октября рождена и 3 октября крещена Пелагея. Родители: Полтавского поселка казак Алексий Евфимов Ильин и законная его жена Александра Сергиева. Восприемники: того же поселка казак Василий Евфимов Ильин и казачья вдова Мария Сергиева Лопатина. Крещение совершили: священник Пётр Громогласов с псаломщиком Аполлинарием Смирницким»[8].

С апреля 1918 г., когда впервые в эти места пришли крупные вооруженные силы – отряды под командованием В.К. Блюхера, Полтавская станица приобрела значимость важного стратегического пункта. Впоследствие эта значимость не была утрачена. Тому было несколько причин. Главным было то, что к концу 1917 г. рядом с Полтавской станицей пролегла железная дорога, доведенная до новой станции Карталы, а также появление телефонной и телеграфной связи. Для военных это представляло большую ценность. Поэтому как белые, так и красные упорно защищали станицу Полтавскую. Не случайно здесь в 1918—1919 гг. находился штаб полка. Местному казачьему населению доставалось и от красных, и от белых[9]. Множество людей сгинуло в этой братоубийственной бойне. В духовном смысле нет победителей в любой гражданской войне, а есть только побежденные.

Царство Небесное вам, полтавские казаки и вечная память! Простите нас, что не чтим должно вашу память. Простите, что старое полтавское казачье кладбище до сих пор остается разоренным, оскверненным и поруганным. Простите нас, отцы наши родные (деды, прадеды и предки)…

Пятая заповедь гласит: «Чти отца твоего и мать твою, да благо тебе будет и долголетен будешь на Земле». Шестая заповедь: «Не убий» (Книга Исход, 20, 12-13)[10].

Примечания:

[1] Бешенцев В.Г., Завершинский В.И., Козлов Ю.Я., Семенов В.Г., Шалагин А.В. Именной справочник казаков ОКВ, награжденных государственными наградами Российской Империи.Челябинск: «Край Ра», 2015. С.151.

[2] Нарский И. В. Будни в катастрофе: условия существования на Урале в 1919 г. (вступительная статья) / Год 1919: Урал на изломе. Коллекция уральских газет. Челябинск, 2001. [Электронный ресурс]. URL: http://resources.chelreglib.ru:6007/ papers/ural1919/html/budni_v_kat.htm.

[3] Булучевский Н.В. Из истории родного края. Челябинск: Изд-во «Челябинский Дом печати», 2000. С.47.

[4] Там же. С.47-48.

[5] Шибанов Н.С. Казачья Голгофа. Челябинск: Изд-во «Челябинский Дом печати», 2000. С.306-340.

[6] Фоменко Г. Нити века // Околица – 2000. -№ 1.

[7] Булучевский Н.В. Из истории родного края. Челябинск: Изд-во «Челябинский Дом печати», 2000. С.43.

[8] ОГАЧО. Ф. И–226. Оп. 19. Д. 46.

[9] Булучевский Н.В. Из истории родного края. Челябинск: Изд-во «Челябинский Дом печати», 2000. С.51-52.

[10] Библия. – Российское Библейское общество. — М., 1995. С.73.

 

Эфир Карталинского телевидения от 15.09.2017 г.

 

Обращение к карталинцам

Уважаемые карталинцы!

Рядом с городским кладбищем, что находится возле Полтавки, за пределами его железной ограды, в полном небрежении и забвении находится старое казачье кладбище. Без всякой ограды, поросшее густой многолетней травой, заброшенное, поруганное. Старую каменную ограду из плитняка разобрали давно в советские годы. Дошло даже до такого кощунства, что в голодные и холодные годы, когда были проблемы с отоплением, деревянные кресты выдергивали и использовали в качестве дров некоторые жители ближайших домов. Остались кое-где чудом небольшие старинные металлические кресты, покосившиеся, погнутые.

О существовании этого старого казачьего кладбища знают только некоторые потомки полтавских казаков. А ведь здесь покоятся отцы-основатели Полтавской казачьей станицы, а следовательно основатели нашего города Карталы. Покоятся те, кто проливали свою кровь в Русско-турецких войнах, Русско-японской войне, Первой мировой войне и других войнах. Во многом благодаря тому, что они героически защищали Россию, мы с вами живем на этой земле. Получается, что нам на это и на них наплевать. Плюём в тот колодец, из которого пьём живую воду… Когда же мы наконец поймём, что нет никакого светлого будущего у тех, кто не чтит и не помнит своих предков и своей истории? Кладбища во все времена и у всех народов считались священными и неприкосновенными местами. В каком же страшном, оскверненном, обезображенном состоянии находится старое Полтавское казачье кладбище… Оно превратилось в заброшенный пустырь.

На этом пустыре-кладбище одиноко выделяются несколько современных памятников, крестов. Их поставили потомки тех казаков, что здесь покоятся. Это даёт некоторую надежду, что не всё еще потеряно, что у кого-то быть может еще проснется совесть. В близлежащих селах, бывших казачьих станицах (поселках), в Великопетровском, Анненском, Парижском, старые казачьи кладбища сохранились и не подверглись такому кощунству и поруганию. Сохранились там старинные ограды из плитняка, где-то построены новые. Почему же в Карталах произошло такое безобразие? В Великопетровке, Париже, Чесме появились несколько лет назад монументы в честь казачества. Почему же в г. Карталы монумент в честь казаков до сих пор не появился? Эти «почему» можно долго продолжать. Всё-таки давно уже пришло время одуматься, покаяться, исправиться.

В 2014 году, когда в Великопетровке воздвигли памятник казакам, появилась инициатива и у потомков Полтавских казаков – возродить старое казачье кладбище, поставить монумент, восстановить ограду вокруг этого кладбища. Тогда же было подготовлено несколько проектов памятника. Наименее материально затратным является проект памятного металлического креста, подготовленный художником Андреем Молчановым. Было получено на это благое дело благословение Преосвященного Иннокентия, епископа Магнитогорского и Верхнеуральского.

Просьба ко всем потомкам полтавских казаков, ко всем неравнодушным карталинцам – поучаствовать в этом святом деле. Кто чем может – деньгами, стройматериалами, рабочими руками. Это наш святой долг! Дело это общее и касается всех. Давно уже настала пора собирать камни…

Царство Небесное вам, полтавские казаки и казачки! Вечная память! Простите нас, что не чтим должно вашу память. Простите, что старое казачье кладбище до сих пор остается разоренным, оскверненным и поруганным.

Пятая Божья заповедь гласит: «Чти отца твоего и мать твою, да благо тебе будет и долголетен будешь на Земле» (Книга Исход, 20, 12).

22 июля 2018 г.

Александр Ярошецкий, краевед, служитель прихода Казанской иконы Божьей Матери г. Карталы.

140 просмотров всего, 2 просмотров сегодня

Комментарии

avatar
  Подписаться  
Уведомление о