Новолинейный район. Станичные и поселковые церкви. Первые церкви в Новолинейном районе. Часть 2

/ 7 декабря, 2017/ Казачество и купечество до революции 1917 г./ 0 комментариев

Церкви Новолинейного района

Первые церкви в Новолинейном районе

Религиозность каждого отдельно взятого казака являлась для войсковых властей лучшим свидетельством его благонадежности. В ряде документов прямо отмечалась обязанность казака: «Сохранять твердую веру в Бога и соблюдать все обряды и постановления своей религии (веры), детей своих, мальчиков и девочек, воспитывать в правилах своей религии, в духе благочестия, добрых нравов, в школьном возрасте обучать их грамоте, Закону Божьему и пр.» Этому способствовали церкви (храмы).

Понимая, что наряду со строительством укреплений, жилых и хозяйственных построек жителям нужны и церкви, военный губернатор генерал-лейтенант В.А. Перовский ещё в январе 1839 года обратился в столицу с ходатайством о дозволении возвести в Новолинейном районе первоначально три церкви: в укреплениях Николаевском и Наследницком – обнесённые в целях безопасности кирпичными стенами с бойницами, и церковь внутри района – в станице Великопетровской.

Планы губернатора были утверждены. На местах под руководством инженер-прапорщика Федорова начали подготовительные работы – заготовку леса, бутового камня. В целях удешевления расходов, было принято решение все три храма возводить из местного кирпича, для чего, в частности в Николаевском укреплении, были построены обжигные печи, навесы и специальные сараи для хранения инструмента и строительных материалов. На месте же было обнаружено богатое месторождение известняка, из которого в специальных ямах началось гашение извести.

Для удовлетворения духовных потребностей и отправления обрядов, Перовский приказал передать на линию походную церковь Воскресения Христова, которую разместили в Великопетровском отряде.

Станицу Великопетровскую назвали, в честь Петра I Великого:

Почему назвали Великопетровку - Великопетровкой. Там жили калмыки, есть и улица сейчас Калмыцкая (Набережная). Крещённому царю калмыков Петру Петровичу Тайшину (тайше - по ихнему царь). Петр I подарил ему походную церковь. Эта реликвия до постройки каменной церкви находилась в лабазе в Великопетровке.

История её появления походной церкви интересна и, в силу многих причин, мало кому, кроме историков и краеведов, известна. В начале 20-х годов ХVIII века часть прикочевавших к Волге калмыков обратилась к Петру I с просьбой о принятии в российское подданство, а их хан изъявил желание перейти в православную веру. Просьба его была уважена. 15 ноября 1724 года тайша Баксадай-Дороджи (у могольских народов — вождь, старейшина более или менее обширной родовой группы), внук хана Аюка, был крещён и назван Петром в честь восприемника от купели святого крещения императора Петра I. В качестве подарка Петру Петровичу Тайшину (по крещению) император приказал изготовить походную церковь, но передать её не успел. На Волгу походную церковь доставили только 17 февраля 1725 года.

Из себя она представляла обширный шатер из белого атласа, имела складной иконостас с написанными на белом же атласе иконами, антитиминс, потиры, Евангелия, кресты, богослужебные книги и все необходимое для церкви. В иконостасе размещалось в один ярус 8 икон, сверху, над царскими вратами, находилась ещё одна, в форме треугольника, изображавшая Тайную вечерю. На иконах имелись надписи следующего содержания: «Повелением благочестивейшего императора и самодержца государя Петра Великого, всероссийского, благословением же Святейшего правительствующего синода – сотворися храм сей походный, Воскресения Христова, и освятися в 1725 году февраля 17 дня и дадеся владельцу калмыцкому новопосвещенному Петру Петровичу тайше».

С 1725-го по 1737 год церковь находилась на месте кочевки между Волгой и Уралом. В 1737 году, после смерти Петра Тайшина, для его жены по приказу императрицы Анны Иоанновны была построена крепость Ставрополь, куда и была перенесена походная церковь. В 1744 году княгиня Анна Тайшина подарила её первому губернатору Оренбургской губернии И.И. Неплюеву, где в Оренбурге она длительное время использовалась как его домовая церковь.

Церковь находилась в крепости во время её осады пугачевцами, и с конца ХVIII века, как ошибочно утверждает Г.Е.Королев-Антошечкин, до 1852 года хранилась при штабе Отдельного Оренбургского корпуса. В действительности же генерал В.А. Перовский по согласованию с епископом передал церковь назначенному на Новую линию священнику И.Колокольцеву, который отвез её в укрепление Наследницкое. Там она использовалась по прямому назначению – в ней проводились службы, крестились новорожденные и отпевались умершие.

В 1847 году из Наследницкого укрепления церковь Вознесения Христа была перевезена в Великопетровскую станицу, где и находилась в лабазе.

Причина такого шага заключалась в том, что во внутренние отряды Новолинейного района, в частности в Великопетровскую станицу и её округу, были переселены чины Калмыцкого Ставропольского войска в числе 777 семейств (магическое число, даже в указе на переселение фигурирует).

Таким образом, реликвия возвращалась тем, чьим предкам она была пожалована, и была призвана укрепить их в новой вере. Позднее, в 1852 году, во время второго управления краем генералом В.А. Перовским реликвия была передана на хранение в Неплюевский кадетский корпус (г. Оренбурга), где и оставалась до революции 1917 года.

Церковь Оренбургского кадетского корпуса, 1900 г.

Церковь Оренбургского кадетского корпуса, 1900 г.

Фото с сайта http://cadethistory.ru/orenburgskiy-neplyuevskiy-kadetskiy

Куда пропала эта походная церковь после революции – неизвестно.

Неплюевский Кадетский корпус, открыт 2 января 1825 г.

Неплюевский Кадетский корпус, открыт 2 января 1825 г.

Еще в 1744 г. первый оренбургский губернатор тайный советник Иван Иванович Неплюев начал сбор пожертвований для создания в крае военного учебного заведения. Жертвовали, главным образом, киргизы, полагавшие денежными пожертвованиями откупиться от мобилизации своих сыновей в армию и надеявшиеся, что воспитание их детей в этом учебном заведении вело бы к переходу в православие. Осуществить свое желание при жизни Неплюеву не удалось.

Кадеты Неплюевского Кадетского корпуса (Оренбург). Сейчас идёт тенденция к возрождению, открываются кадетские классы.

Кадеты Неплюевского Кадетского корпуса (Оренбург). Сейчас идёт тенденция к возрождению, открываются кадетские классы.

Известные люди, учившиеся или служившие в корпусе:

Аничков, Виктор Михайлович

Бородин, Михаил Никанорович

Воробьёв, Николай Михайлович

Гуляев, Александр Лазаревич

Дандевиль, Виктор Дезидерьевич

Дутов, Александр Ильич

Ерёмин, Александр Михайлович

Зайцев, Иван Матвеевич

Залесов, Николай Гаврилович

Иванов, Николай Александрович

Кастанье, Жозеф-Антуан

Костяев, Фёдор Васильевич

Сахаров, Константин Вячеславович

Серов, Василий Родионович

Синклер, Владимир Александрович

Уметбаев, Мухаметсалим Ишмухаметович

Ханжин, Михаил Васильевич

Хорошхин, Михаил Павлович

Шляков, Николай Васильевич

Щепихин, Сергей Арефьевич

Многие из них потом погибли за отечество, так были воспитаны.

Первое время на всю линию имелся единственный священник Виноградов, местом постоянного пребывания которого было определено укрепление Михайловское. Ему было положено жалованье в 420 руб. ассигнациями в год. Священник разъезжал под охраной казаков по отрядам и станицам, проводя службы и совершая другие религиозные обряды. Инспектировавший в 1839 году укрепления и станицы Новой линии командир 1-го Оренбургского казачьего полка подполковник И.В. в своём рапорте на имя военного губернатора предлагал незамедлительно принять ряд мер по оказанию помощи в обустройстве переселенцев на новых местах. В том числе он указал и на необходимость дополнительной посылки на линию священников.

В 1842 году Оренбургская духовная консистория увеличила число священников на линии до трёх с жалованьем по 400 руб. ассигнациями в год. С 1844 года постоянным местом их пребывания стали укрепления Николаевское, Наследницкое и станица Великопетровская. К Николаевскому приходу было приписано 10 станиц (1580 душ обоего пола), к Наследницкому – поселений (2 000 чел.), к Великопетровскому – 6 отрядов (1576 чел.). Кратковременные посещения линейных укреплений и станиц, конечно, проблему решить не могли, поэтому все усилия властей были направлены на строительство храмов непосредственно в поселениях. Однако дело двигалось медленно. Основной причиной задержки стала неясность в вопросе, из каких сумм брать средства на строительство.

При переносе пограничной линии генерал Перовский сумел добиться от Санкт-Петербурга выделения средств на возведение вдоль границы вала и рва как инженерных сооружений, способных препятствовать переходу границы кочевниками. Однако, как показало время, сооруженные 40 вёрст таких укреплений никакого препятствия для степняков не представляли. После отставки генерала его начинание было свернуто и оставшиеся неизрасходованные деньги решили направить на строительство каменных церквей в Николаевском и Наследницком укреплениях. Решение этого вопроса затянулось на несколько лет, хотя Высочайшее повеление императора, разрешающее строительство церквей, состоялось ещё 10 февраля 1840 года.

7 марта 1844 года начальник инженерной службы Оренбургского корпуса полковник Бурачков сообщал военному губернатору генералу В.А.Обручеву: «Для приступа к работе по сооружению церквей на Новой линии, необходимо иметь точные сведения, получено ли от г. Военного министра положительное разрешение: употребить на постройку двух церквей в укреплениях Николаевском и Наследницком 37 927 руб. 41 коп. серебром, оставшиеся от неокончания переноса Новой линии... Покорнейше прошу канцелярию г. Оренбургского военного губернатора, – продолжал далее Бурачков, – навести самонаивернейшую справку: получено ли в ней упомянутое разъяснение». Через месяц он получил ответ, гласивший, что официального разрешения не поступило.

Жители Константиновского укрепления обратились с ходатайством о строительстве в их укреплении церкви по образцу Николаевской и Наследницкой, но «в меньшем противу первых размере», взяв на себя обязательство за свой счёт заготовить камень, доставку леса и изготовление кирпича. Постройку Троицкой церкви в этом укреплении начали только в 1857 году.

Смета на строительство (без кирпичной ограды) составила 15 тыс. руб. серебром. Её постройкой в Николаевском укреплении руководил прапорщик Фёдоров, в 60-е годы дослужившийся до чина генерал-майора и возглавивший инженерную службу Отдельного Оренбургского корпуса. В том же году начали обжигать кирпич, и был заготовлен в Джабык-Карагайском бору строевой лес. Ещё до начала возведения храма, священником Николаевской военной церкви был назначен Пётр Пономарев, в 1844 году его заменил священник Николай Тимофеевич Несмеянов. Родом он происходил из села Исакова Бугурусланского уезда. По окончании курса богословских наук сентября 1842 года епископом Оренбургским и Уфимским был рукоположен в сан и назначен в Челябинскую крепость, 19 октября 1844 года был переведен в Николаевское укрепление.

Строительство Николавской церкви было окончено осенью 1847 года: в ноябре в присутствии командира 6-го полкового округа подполковника Бобылева и атамана Николаевской станицы инженерным офицером поручиком Куроедовым была произведена её приемка. Освящена она в декабре дьяконом Оренбургской Воскресенской церкви Любочестновым во имя святителя и чудотворца Николая. Одновременно был освящен во имя св. Великого князя Александра Невского и построенный по одному с Николаевской церковью проекту храм в укреплении Наследницком. Всё необходимое для Александро-Невской церкви: утварь, ризницы, богослужебные книги и прочее, – было заготовлено вновь. Для Николаевской – часть церковных принадлежностей взята из бывшей в 1839–1840 годах в Хивинском походе походной церкви, генерала В.А.Перовского, а недостающее имущество закуплено консисторией. В Николаевской церкви был устроен один престол. Колокола для каждой церкви (по 7 штук) закуплены в Нижнем Новгороде и установлены на колокольнях летом 1848 года.

Николаевская крепость, Храм Святого Николая Чудотворца

Храм Святого Николая Чудотворца, Николаевка, 1979 г.

Храм Святого Николая Чудотворца, с. Николаевка, Варненский район, Челябинской обл., 1979 г.


Храм Святого Николая Чудотворца, Николаевка, 1847 г. постройки. Купола на храме ранее были с позолотой. Внутри стены храма были до половины обиты плюшем (так хотели казаки), который в 40-х годах растащили.

Храм Святого Николая Чудотворца, Николаевка, 1847 г. постройки. 

Купола на храме ранее были с позолотой. Внутри стены храма были до половины обиты плюшем (так хотели казаки), который в 1940-х годах растащили.

В 1850 году службу в Николаевской церкви вели один священник, проживавший в казённом деревянном доме, и имевший квартиру причётник. Жалованье у первого составляло 140 руб. серебром в год, причётнику полагалось всего 40 руб. Кроме того, священнику было нарезано два земельных пая (60 десятин), а причётнику – один казачий пай (24 десятины пашни и десятин покосов).

Наследницкая крепость (п. Наследницкий Брединский район Челябинской обл.)

Наследницкая крепость. Как две капли воды похожа на Николаевскую, 1835 г. постройки.

Наследницкая крепость. Как две капли воды похожа на Николаевскую, 1835 г. постройки.


Храм Александра-Невского, Наследницкая крепость.

Храм Александра-Невского, Наследницкая крепость.


 

Храм Петра и Павла в станице Великопетровской

Через некоторое время началось строительство церкви и в Великопетровской станице. 19 сентября 1851 года епископ Оренбургский и Уфимский Иосиф сообщал Оренбургскому и Самарскому генерал-губернатору В.А.Перовскому о том, что в станице Великопетровской необходимо построить церковь, мотивируя это тем, что в округе живёт значительное количество новокрещеных казаков, «неустойчивых в православной вере». Кроме того, как отмечал епископ, в соседней станице Варненской проживают преимущественно казаки-мусульмане, построившие две мечети «...хотя и деревянные, но из нового соснового леса и весьма красивой наружности, чем они могут хвалиться, тогда как христианский храм помещается в лабазе».

К приходу находившейся в станице походной церкви относились посёлки Великопетровский, Парижский, Куликовский, Бородиновский, Лейпцигский, Полтавский, Елизаветпольский, Варшавский и Варненский, где числилось по спискам на 1849 год 624 дома, 1 799 душ мужского и 1 736 женского пола.

И посёлок, и церковь напоминают своими названиями о Петре Первом. Увековечить память о нём стремились воины расформированного Калмыцкого войска, переселившиеся в Великопетровку в 1830-е годы. Приязнь императора и калмыцких казаков была взаимной. Петр так восхищался лихой атакой калмыцкой конницы под Полтавой, что приказал заменить боевой клич «Виват!», принятый тогда в русской армии, на «Ура!» (от калмыцкого «Уралан!» — «Вперед!»). Храм Петра и Павла и задумывался как память о той маленькой походной церкви (её рассматривали выше), о великом императоре и о казачьей отваге.

9 ноября 1851 года войсковое правление сообщило генерал-адъютанту Перовскому, о согласии построить храм в Великопетровской и назначило торги на постройку церкви и дома для приюта в станице Великопетровской в апреле 1853 года и в сентябре 1856 года, но на торги и переторжки никто не явился. Своё согласие на постройку церкви дал шадринский купец Алексей Хохлов, но без иконостаса, колоколов и церковной утвари, и с выдачей ему всех материалов, заготовленных ранее для строительства, и с привозом брёвен из Джабык-Карагайского бора бесплатно.

1 июня 1857 г. было освящено место под строение каменной однопрестольной церкви в Великопетровке  и начались работы по её сооружению. Строительство церкви, а также каменного дома для священнослужителя велось, как за казённый счет, на эти цели выделено 16334 рубля 61 ¼ копейки серебром, так и за счёт пожертвований. На стене храма была медная доска с выбитыми фамилиями тех, кто внёс личные средства на строительство храма.

Постройку иконостаса заказали казанскому мещанину Якову Ефремову за 2150 рублей серебром в 1858 году.

Строительство каменной церкви Святых Апостолов Петра и Павла осуществлялось по типовому проекту Константина Тона – архитектора первого здания храма Христа Спасителя, грановитой палаты в Москве. В Челябинской области было построено 3 храма по этому проекту: в Великопетровке, в Сыростане (недалеко от Миасса) и в с. Бородиновка (была разрушена полностью).

Церковь представляет собой небольшой одноглавый храм. Прямоугольное в плане здание храма расчленяется крестом, перекрестье которого приходится точно на центр храма. В области алтаря церковная стена выдаётся полукруглым выступом – абсидой. Вход в церковь с западной стороны. По своей структуре храм похож на церкви малой формы, которые строились в Новгороде в 14-15 веках. Храм способен вместить до 300 верующих.

Материал для строительства церкви доставляли из города Троицка. В раствор для кладки кирпича, по преданию, добавляли куриные яйца и кобылье молоко для крепости. Кто сколько внес серебра для отлива колокола, написано было на стене в алтаре церкви. Больше всех внёс купец Филатов. Звон колокола в тихую погоду был слышен в Полтавке – это почти за 30 километров.

Строительство каменной церкви Святых Апостолов Петра и Павла в станице Великопетровской, осуществлялось по типовому проекту Константина Тона – архитектора первого здания храма Христа Спасителя, грановитой палаты в Москве.

Храм Святых Апостолов Петра и Павла в станице Великопетровской.