Новолинейный район. Станичные и поселковые церкви. Церкви в Новолинейном районе. Часть 3

/ Декабрь 8, 2017/ Казачество и купечество до революции 1917 г./ 0 комментариев

Продолжаем…

С 1852 года станицы и отряды Новой линии были распределены по церковным приходам. К церкви Наследницкого укрепления были отнесены станица Наследницкая, отряды Брединский, Адрианопольский, Аландский, Кваркенский, Павловский, Екатерининский и Атамановский с проживавшими там 2 208 душами мужского и 2 005 женского пола. В Уртазымский приход церковные власти отнесли 346 мужчин и 322 женщины Бриентской и Кульмской станиц, к Орской церкви – казаков Новоорского и Кумакского отрядов (791 мужчина и 650 женщин). К старой Верхнеуральской церкви были приписаны жители Арсинского, Кассельского, Остроленского, Куликовского и Фершампенуазского отрядов (3 389 прихожан), к Магнитному приходу – верующие Требиатского и Наваринского поселков, к Петропавловскому – Краснинского.

К храму в укреплении Николаевском отошли собственно Николаевская станица в составе поселков: Владимирского, Александровского, Еленинского, Софийского, Кулевчинского, Княженского, Константиновского, Георгиевского и Ольгинского (1 657 душ мужского и женского пола). Великопетровский, Парижский, Полтавский, Елизаветинский отряды составили Великопетровский приход, к походной церкви укрепления Михайловского были отписаны станицы Кирилловская, Натальинская, Алексеевская и Надеждинская.

Отряды Чесменский, Лейпцигский, Бородиновский, Тарутинский и Березинский обслуживались священником Чесменского прихода. К церкви в станице Полоцкой были приписаны отряды Браиловского, Кацбахского, Новинского, Рымникского, Измайловского и Варшавского в числе 1 456 мужчин и 1 155 женщин.

Но даже и эти меры всех проблем не сняли – приписанные к новым или походным церквам посёлки находились от них на значительном расстоянии, сообщение между населенными пунктами в Новолинейном районе осложнялось опасностью встреч с шайками кочевников, грабивших и угонявших прилинейных жителей в плен для последующей продажи в рабство в Хиву. Поездки на службы в зимнее время так же представляли немалую проблему – зимы стояли многоснежные, с частыми буранами и сильными холодами. Казаки по этим причинам пропускали службы, своевременно не исповедовались, проблемы возникали и с причащением больных и отпеванием умерших. Учитывая сложившееся положение, генерал-губернатор В.А.Перовский 12 сентября 1855 года с согласия духовной консистории, приказал передать в ряд станиц, в частности, Кваркенскую, Мариининскую, Константиновскую и Кулевчинскую, 4 походные церкви.

Поселковый храм Бородиновского посёлка (каменный полностью был разрушен)

Всё же казаки новых станиц и поселков стремились к тому, чтобы церкви имелись в каждом населенном пункте. Не оказались в стороне и казаки Бородиновского поселка Полтавской станицы. Весной 1853 года во время инспектирования посёлка начальником штаба Оренбургского казачьего войска полковником графом И.И.Толстым они заявили претензию на командира 6-го полкового округа войскового старшину В.С.Сычугова. Её суть заключалась в том, что жители с разрешения благочинного протоиерея Озерецковского начали на собственные средства строительство в поселке деревянной часовни. Работа продвигалась достаточно быстро, часовня была уже сложена до окон, когда в Бородиновский отряд прибыл командир полкового округа, тотчас запретивший работы до получения официального разрешения войскового начальства. Разрешение всё же было получено и часовня построена.

Однако уже через год, всё те же бородинские казаки вновь обратились к властям, но уже с просьбой о разрешении перестройки часовни в православную церковь. Сохранившееся архивное дело показывает, насколько сложным и длительным было решение, казалось бы, простого вопроса.

Власти, трезво рассудив, приняли решение не о перестройке часовни, а строительстве поселкового храма. Разрешение на его постройку было дано Святейшим синодом 13 ноября 1854 года. Первый план был выдан жителям протоиереем Озерецковским, однако, инженерная служба Отдельного Оренбургского корпуса его забраковала и составила новый чертеж. 20 декабря 1855 года генерал-губернатор В.А. Перовский приказал инженер-полковнику Федорову переработать чертежи и передать их на утверждение. Эта работа была закончена через год – 20 января 1856 года Федоров отдал распоряжение окончательное завершение работ производить по присланным из штаба чертежам. Приписная церковь в отряде была «окончена постройкой в мае 1857 года и освящена 7 июля во имя Михаила Архангела».

Фото церкви не найдено.

Сохранились следующие чертежи:

Чертежи церкви посёлка Бородиновский.

Чертежи церкви посёлка Бородиновский.


Чертежи церкви поселка Бородиновский.

Чертежи церкви поселка Бородиновский.

Первое время к бородиновскому приходу был приписан и Лейпцигский поселок, где деревянная Казанская церковь была построена только в 1877 году.

Священником в Бородиновскую церковь был назначен Павел Павлович Сухопрудский, дьяком – Александр Холмогорцев. Однако ему не долго пришлось служить в ней – 3 мая 1869 года 37-летний священник П.П.Сухопрудский умер от чахотки.

Полтавский Храм Казанской Пресвятой Богородицы

Аналогично складывались события, связанные со строительством церкви, и в Полтавской станице, куда в 1843 году переселили 200 казаков из бывшей Табынской крепости и 19 семей казаков-калмыков. В начале сентября 1852 года на станичном Сборе казаки приняли решение о строительстве в Полтавской небольшого молитвенного дома. Его возведение жители брали на себя, но просили войсковое начальство выделить 100 брёвен из войскового Джабык-Карагайского бора. Посетивший станицу Троицкий протоиерей Дмитрий Озерецковский так отреагировал на многочисленные просьбы полтавцев: «Православным жителям Полтавской станицы по желанию вашему построить часовню на площади – препятствовать я не могу и даже советую. Ежели случатся хлопоты по духовному начальству, то я принимаю их на себя».

Казаки приняли это высказывание за разрешение строительства и, купив частный дом, приступили к перестройке его в часовню. Узнав об этом, командование полка обратилось в Оренбургскую духовную консисторию, которая разъяснила, что протоиерей разрешения на строительство не давал, а только советовал добиваться положительного решения насущного вопроса. Учитывая удаленность станицы от Великопетровской, церковные власти порекомендовали не препятствовать жителям в начатом ими благом деле. Построенная часовня была приписана к приходу храма св. Петра и Павла, но казаки на этом не остановились.

Летом 1853 года поселковый Сбор направил доверенных казаков И. Звездина и И. Кузнецова к епископу Оренбургскому и Уфимскому Антонию с просьбой «учинить надлежащее распоряжение о преобразовании имеющейся часовни в приписную церковь». Просьба казаков была рассмотрена, и церковные власти возбудили ходатайство перед войсковым начальством о начале строительства, подготовив все необходимые документы, в том числе и чертежи. Военные власти несколько лет хранили молчание, и духовная консистория ещё дважды, в марте 1856-го и январе 1857 года, вновь обращались за разрешением к генерал-губернатору.

Осенью 1857 года с личным письмом к генералу А.А. Катенину обратился и епископ, писавший: «...Казаки означенной станицы (Полтавской) в бытность мою в августе месяце сего года в их часовне вновь убедительно просили меня скорее разрешить им преобразование их часовни в церковь, приписную к Великопетровской, дабы иметь возможность, хотя бы изредка, присутствовать при божественной литургии и во время Великого поста удобно исполнять христианский долг исповеди и причастия святых тайн, какового счастья они лишены за отдаленностью места жительства от приходской церкви и всегда о чем душевно сетуют».

В мае 1858 года Войсковое правление Оренбургского казачьего войска направило отношение к генерал-губернатору, в котором сообщало, что казаки Полтавского посёлка в очередной раз обратились с просьбой о разрешении строительства деревянной церкви за свой счет. Лично выслушал обращение полтавских казаков и генерал-губернатор А.А. Катенин, побывавший в станице во время объезда станиц и отрядов Новолинейного района. И только после этого было дано разрешение на строительство церкви «по плану и фасаду церкви в отряде Бородиновском». 29 мая 1859 года начальник инженерной службы Отдельного Оренбургского корпуса донес исполняющему обязанности генерал-губернатора генерал-лейтенанту Н.В. Балкашину об окончательном утверждении плана и необходимости строительства церкви по образцу имеющейся в Бородиновском поселке.

Был отпущен и необходимый лес – первоначально 250, а затем еще около 300 бревен – назначены подрядчики и началось строительство. Церковь была закончена и освящена в 1861 году. Однако она прослужила относительно недолго и через 30 лет, в 1891 году сгорела во время пожара.

Имя первой церкви дала икона Божьей Матери Табынской, (казаки, строившие её, были родом из станицы Табынской) которую казаки называли Казанской. Эта икона была широко известна всему зауралью своим чудотворным явлением. Вот почему было выбрано именно такое называние. Дважды, в 1890 г. и в 1905 г. в Успенский пост в храме Полтавского посёлка останавливалась чудотворная Табынская икона Божией Матери.

Полтавчане обратились вновь с ходатайством к властям с просьбой о разрешении строительства в станице каменного храма. Разрешение было получено. Поднимали церковь, как водится, всем поселком —  ни одна семья не осталась в стороне – все потрудились на стройке. Но основную часть расходов взял на себя верхнеуральский 2-й гильдии купец Андрей Михайлович Зайцев, зажиточный житель Полтавки. Храм был возведен в 1909 году, освящён 17 июля 1911 года состоялось освящение новой каменной церкви, на строительство которой было затрачено 45 тыс. руб., в том числе на иконостас было потрачено 5500 руб. Вот как сообщалось об этом событии в Оренбургских епархиальных ведомостях: «17 сего июля здесь (в Полтавской станице) состоялось редкое торжество – освящение нового каменного храма».

Храм каменный однопрестольный (значит в храме один престол (стол), на котором можно совершать Таинство превращения хлеба и вина в тело и кровь Христову, обычно в храме один престол), построен в русском стиле, по типу приходских храмов середины XVII века. Церковь была «…кирпичная на каменном цоколе, снаружи и внутри оштукатурена и выбелена известью. Покрыта железом, окрашенным зелёной масляной краской. Длина церкви, считая и колокольню – 15 сажень, ширина – 15 сажень, высота до верха карниза – 6 сажень. На церкви имеется одна большая главка выбелена известью и пять малых деревянных, оштукатуренных и покрытых железом… Дверей наружных, обитых железом – 3 штуки, внутренних – 5 штук. Церковь отапливалась пятью кирпичными, обитыми железом печами. Оценена была в 40 тыс. руб.

Красавец Храм Казанской Пресвятой Богородицы (Полтавка) до разрушения колокольни. Фото дореволюционное.

Красавец Храм Казанской Пресвятой Богородицы (Полтавка) до разрушения колокольни. Фото 1932 г.

Ко дню освящения был приурочен благочинный съезд духовенства ХIV округа, почему богослужение отличалось особенною, невиданною в селе торжественностью; освящал храм о. Михаил Скопин в сослужении 11 иереев. Хор церкви станицы Великопетровской под разумным и умелым управлением псаломщика Д.Н.Захарова пел просто великолепно. Стечение молящихся было огромное; обширный храм не мог вместить половины богомольцев. Всё торжество прошло с редким религиозным подъёмом и воодушевлением, и на долгое время в станице будут помнить его участников. Новый храм и по своим размерам и по внутренней обстановке, без сомнения, один из лучших сельских храмов Верхнеуральского уезда».

Храм работал до 1933 года, после чего был закрыт советскими властями. После закрытия храма была разрушена колокольня, сняты колокола, а внутреннее убранство разграблено. В уцелевшем здании храма обустроился клуб «1 мая». Фото есть ниже.

Строительство церквей по упрощённым проектам

Строительство церквей в Новолинейном районе сдерживалось нехваткой необходимых денежных средств в войсковом капитале и у населения, прошедшего через разорительную процедуру переселения и обустройства на новых местах. Проанализировав складывающуюся в целом по стране ситуацию со строительством храмов, министр государственных имуществ граф Муравьев предложил строить в сельской местности церкви небольшие по размеру, без излишних украшений, по упрощенной конструкции, с тем расчётом, чтобы постройка и ремонтные работы могли выполняться из местного материала самими жителями. Предложение министра поддержал и Святейший синод, после чего были составлены три примерные проекта со сметами и разосланы по губерниям. Цель рассылки заключалась в экспертизе проектов и определении смет расходов по каждой конкретной территории. Средства на строительство Муравьев планировал выделять из сумм министерства с длительной и беспроцентной рассрочкой.

Получив отношение министра государственных имуществ, Оренбургский генерал-губернатор А.А. Катенин посчитал возможным применение проекта и в станицах Оренбургского казачьего войска. В декабре 1857 года он сообщил о проекте Муравьева исполняющему обязанности Наказного атамана полковнику Н.В. Зворыкину. Однако ответа не последовало. Только через два года, в декабре 1859 года, Наказной атаман генерал-майор граф И.И.Толстой сообщил: «Приняв во внимание, с одной стороны, что по значительному, сравнительно с народонаселением, пространству земель, занимаемых войском, поселения оного, в особенности по Оренбургской и новой линиям, будучи расположены одно от другого очень редко, поставляется в необходимость иметь церкви в своих жительствах, но по незначительному во многих из них населению, не в силах собственными средствами возводить таковые по существующим ныне образцовым планам профессора Тона...полагали дозволить, в случае настояния жителей, возводить деревянные церкви по планам и фасадам упрощенного вида, с выдачей на построение их долгосрочных, а при крайней бедности жителей и безвозвратных ссуд из общественных станичных капиталов.

Если же обыватели войсковых селений, в которых могли быть построены церкви, по своей немногочисленности не будут в состоянии содержать причт, то войсковое правление допускает возможность строить таковые церкви, приписывая оны приходом к ближайшим церквам с тем, что причты последних в приписных церквах повременно совершали богослужение».

Церковь в Лейцпигском поселке Михайловской станицы

При этом войсковые власти посчитали присланные министерством проекты церквей непригодными, поручив начальнику инженерной службы Отдельного Оренбургского корпуса полковнику Биршнерту подготовить один или два своих проекта. Они были разработаны и поступили в канцелярию уже после смерти генерала Катенина. Новый генерал-губернатор А.П. Безак полностью принял доводы Войскового правления и утвердил подготовленные чертежи. Идея получила поддержку и у епископа Антония, после чего генерал-губернатор направил специальный доклад в Военное министерство. Только спустя три года, 17 июля 1864 года, Военный совет утвердил предложения Безака. 29 июня решение Военного совета получило высочайшую санкцию. С этого времени в казачьих станицах стали строиться небольшие деревянные приписные церкви. Одна из них, возведенная в Лейцпигском поселке Михайловской станицы в 1877 году.

Церковь в Лейцпигском поселке Михайловской станицы.

Церковь в Лейцпигском поселке Михайловской станицы.


Красивая Казанская церковь Лейпцига, построена в 1877 г., разобрана в 2012 г. Сейчас построена новая.

Красивая Казанская церковь Лейпцига, построена в 1877 г., разобрана в 2012 г. Сейчас построена новая.

Лейпциг, церковь. Варненский район.

 

Церковь Петра и Павла посёлок Неплюевский

Сохранилась и построенная по образцу Лейпцигской деревянная церковь в поселке Неплюевском ныне Карталинского района Челябинской области.

Храм Петра и Павла посёлок Неплюевский, 1885 г. постройки. Церковь поставлена на высоком цоколе из бутового камня на берегу реки, расположена на возвышении, она словно парит между небом и землей. Церковь деревянная, которая сохранила черты обычной деревянной походной казачьей церкви.

Церковь Петра и Павла посёлок Неплюевский, 1885 г. постройки. 

Посёлок Неплюевский назван в честь выдающегося государственного деятеля России, сподвижника Петра I, оренбурского генерал-губернатора И.И. Неплюева. В 1885 году в селе вдоль р. Каменная была построена церковь Петра и Павла (Петропавловская церковь), «один из шедевров русского деревянного зодчества».
Церковь поставлена на высоком цоколе из бутового камня на берегу реки, расположена на возвышении, она словно парит между небом и землей. Церковь деревянная, которая сохранила черты обычной деревянной походной казачьей церкви.

К церкви примыкают равные по высоте и ширине небольшие апсида и трапезная. Замыкает композицию с запада двухъярусная колокольня, построечная как восьмерик на четверике. Центральный объём церкви покрыт четырехскатной крышей и завершается восьмигранным световым барабаном, увенчанным луковичной главой. Колокольня: окна верхнего яруса колокольни врезаются в основание венчающего шатра. Окна фасадов с полуциркульным завершением имеют строгий наличник, выкрашенный белой краской. Перед входом в здание церкви устроены высокие крылечки, покрытые козырькам.

Церковь возводили из лиственницы — «дерева вечности», как часто ее называют. Видимо, от того культовое здание и выдержало испытание временем. А, может быть, церковь устояла благодаря заступничеству небесных покровителей: в 1885 году она была освящена в честь святых апостолов Петра и Павла. Хотя её не миновали бури XX столетия.

Церковь уникальна: внутри алтаря находится огромный портрет генерал-губернатора Ивана Неплюева, много сделавшего для хозяйственного освоения Оренбургского края, укрепления его внешних границ, расширения политических и торговых отношений с соседними кочевыми народами и государствами Средней Азии. Он чудом уцелел, избежав пожара и разрушения в годы воинствующего атеизма.

Старожилы вспоминают, что во время гражданской войны станичники устанавливали на колокольне пулемёт. До наших дней на стенах и в алтаре остались отметины того лихого времени: следы от штыков и пуль.

Церковь апостолов Петра и Павла с. Неплюевка.