Археология с. Анненское

/ Март 21, 2018/ Достопримечательности/ 0 комментариев

Поселения бронзового века с. Анненское

Группа юных экологов начального звена МОУ СОШ №31 о древних поселениях бронзового века в с. Анненское. Руководитель: Тельнова Г.А.

Летом 1985 г. в окрестностях села Анненское проводилась разведка группой Урало-Казахской археологической экспедиции. Были обнаружены и описаны десятки объектов — немых свидетелей прошлых лет.

Вблизи Анненска находятся три поселения бронзового века, датированные примерно ХIX веком до нашей эры. В каждом жилище располагались 30-40 человек — родовая семья. Рядом находились загоны для скота.

Находки из поселениея Анненское-I с. Анненское.

Находки из поселениея Анненское-I с. Анненское.

Поселение Анненское-I расположено в 2,5 км к северо-западу от села, у устья ручья, впадающего в реку Аят. Здесь хорошо видны 5 жилищных котловин глубиной до полутора и размером от 18×12м до 18×18 метров. Извлечено много расколотых костей животных, фрагменты керамики, каменных отщеп из агата и часть пряслица, изготовленного из позвонка.

Поселение Анненское-II находится в 200 метрах западнее села, на левом берегу реки Караталы.

Поселение Анненское-III археологи обнаружили в шести километрах западнее села, у места впадения в реку Караталы  ручья Аленина отнога. 11 котловин вытянулись цепочкой вдоль реки. Впадины, глубиной до 70 см, имеют размеры 12×16м до 18×18метров.

Древние захоронения человека с. Анненское.

Древние захоронения человека с. Анненское.

В начале железного века (XII век до нашей эры) завершился переход к кочевому скотоводству. В этот период в этой местности жили саки, постоянно перемещающиеся со стадами лошадей и овец по сезонным пастбищам. Позднее они были вытеснены воинственными савроматами. Об их присутствии нам напоминает двухметровой высоты курган, расположенный на возвышенности южнее железнодорожного вокзала станции Анненск.

Курган с. Анненское

Сарматский курган с. Анненское.

Сарматский курган с. Анненское.

Сарматский курган находится у восточного края каменного карьера, расположенного на вершине холма юго-западнее ограды со стелой (см. ниже). От основания южной, западной и северной сторон объекта простирается средневековое кладбище. Границы с кладбищем нет. Высота кургана составляет 2,2 м. Диаметр основания кургана – 19 м, диаметр по вершине – 10 м. Насыпь сооружена из мелких камней и почвы. На вершине кургана имеются два провала. Диаметр большого провала – 7,5 м. Величина меньшего провала – 5,5 м. От основания до вершины в нескольких местах объект выложен каменным панцирем. На вершине каменной выкладки не наблюдается. Курган по внешним признакам датируется примерно VI – IV веками до нашей эры. Это период раннего железного века. Возможно в кургане был положен железный меч, бронзовый котёл. Впадины на кургане могут свидетельствовать о его ограблении, возможно даже в древности. Но не засыпанная каменная выкладка позволяет предположить, что впадины образовались вследствие обрушения погребальных камер.

Средневековое кладбище расположено у восточной стороны сарматского кургана. Учёными было высказано предположение, что курганы – это оплывшие пирамиды, сложенные из дерновых блоков, в центре которых сооружались погребальные камеры. Высота пирамиды напрямую зависела от положения человека и его заслуг в обществе.

Объект от остального пространства отсекает ров и внутренний земляной вал. Он начинается от северной и южной сторон сарматского кургана. Глубина рва составляет 0,5 м, ширина – 0,5-1 м. Ров в плане имеет прямоугольную форму размером 46 на 50 м. Стороны кладбища ориентированы по сторонам горизонта.

На кладбище отчётливо видна 51 курганная насыпь. Они сложены преимущественно мелкими камнями. За границами кладбища насчитывается не менее 10 захоронений. Диаметр курганов в основном составляет 5-10 м. Диаметр меньших насыпей равен 2 м. В центрах объектов наблюдаются впадины. За территорией кладбища некоторые курганы граничат с каменным карьером. Возможно, некоторые захоронения вне кладбища были уничтожены во время добычи щебня для строительства железной дороги в конце 1920-х годов. Кочевники средневековья на Южном Урале часто родовые кладбища устраивали у больших древних курганов, считая их местом погребения своих почитаемых предков. Точно датировать объекты и говорить о погребальном инвентаре до раскопок невозможно.

Это место напоминает о курганах и захоронениях возле мавзолея Кесене (Башня Тамерлана) с. Варна. Там всё аналогично, курган, рядом очень много мелких курганов. Сарматы или люди древней ведической веры жили здесь продолжительный период, оставив после себя много объектов их культуры.

Можно себе представить какая энергетика у этого места в Анненске.

Раскопки кургана с. Анненское

Рассказы и фото Фёдора Петрова. Из сборника рассказов «Археологи: от Синташты до Дубны».

Скачать книгуПетров Ф.Н. Археологи: от Синташты до Дубны. 1987-2012. – Тверь.: ОАО «Тверская областная типография», 2013. – 216 с.

Поезд на Карталы, с небольшим отрядом пединститутской экспедиции отправился копать курган под поселком Анненское. Было начало мая 1993 года, я учился на первом курсе университета, и какие-то, уже не помню – какие именно, студенческие дела не дали мне поехать в поле вместе с товарищами. Однако, проводив поезд и покурив на перроне, я понял совершенно точно, что не смогу вынести такой ситуации – остаться в городе, когда уже пришла весна и поезд только что увёз в поле отряд во главе с Владимиром Петровичем.

Археологические работы в окрестностях с. Анненское, 2003 г.

Археологические работы в окрестностях с. Анненское, 2003 г.

Сделав какие-то дела на скорую руку и попросту «забив» на остальные, я собрал рюкзак и на следующий вечер сел на такой же поезд до Карталов. Там ночью надо было пересесть на электричку, и вот в третьем часу утра я, невыспавшийся и замерзший, вылез из неё на станции Анненское. Электричка прогрохотала дальше, а я растерянно озирал окружающую ночь. Где-то вдалеке горел одинокий огонек. Больше ничего толком не было видно.

Единственное, что я знал, – это что мои товарищи должны остановиться в Анненском в школе, которая не работает в майские праздники, Владимир Петрович заранее договорился об этом с её директором. Однако я ни разу не был в этом поселке и не представлял, как он расположен относительно станции, и где там находится школа, и куда мне вообще идти. На платформе, естественно, никого не было. Наконец я заметил на путях станционного рабочего, который шел с фонарем по шпалам. Махнув рукой, он обозначил мне направление на поселок, и я двинулся в указанную им сторону.

Спустя два или три часа, чрезвычайно замерзнув и переполошив всех окрестных собак, в предрассветных сумерках я наконец-то вышел к большому типовому зданию школы. Где-то в ней спали мои друзья, я твердо знал это. Во всех окнах было темно, входная дверь школы, естественно, была заперта, на мои попытки кричать и стучать никто не отозвался. Неудивительно: здание большое, где именно в нём расположись мои товарищи – не известно, да и спят они после вчерашнего приезда и первого дня работы явно весьма крепко. На деревенской улице не было ни души – как ни рано встает деревня, но сейчас было ещё раньше. Решившись, я начал пробовать окна первого этажа – одно из них оказалось заперто непрочно, мне удалось его открыть и влезть через окно в школу вместе с рюкзаком. Школьные коридоры были темны, и мои шаги гулко разносились по ним.

Наверное, больше часа я ходил по школе, пробуя открыть все встречающиеся мне двери. В открытые кабинеты я заглядывал, ожидая увидеть в каком-нибудь из них своих товарищей, спящих в спальных мешках на полу. В закрытые кабинеты стучал и кричал через двери: «Археологи! Ау!» Никто не отзывался. В итоге мне стало ясно, что школа пуста и никаких археологов в ней не наблюдается.

Не зная, что делать дальше, я зашел в какой-то кабинет, сел за стол, достал банку консервов и кусок хлеба, перекусил, положил голову на руки – и внезапно проснулся, осознав, что прошло довольно много времени. Подойдя к окну, я увидел, что солнце уже встало, посёлок проснулся, по улице, на которой стоит школа, ходит довольно много народу. Окно, через которое я забрался в здание, выходило на эту же самую, весьма оживленную улицу. Я вылез из него с рюкзаком за плечами, каждую секунду ожидая, что сейчас меня схватят и сдадут в милицию как совершенно очевидного вора. Однако, к счастью, никто не обратил на меня внимания.

Грустный я шёл по какой-то улице Анненского. Где расположен курган, который копали мои товарищи, я не знал, где они могли остановиться, если не в школе, – не представлял. Анненское – крупный поселок, и было совершенно неясно, как найти в нём несколько нужных мне человек, приехавших только вчера, о которых явно мало кто знает. Вероятно, надо было возвращаться на станцию и, как идиоту, ехать обратно в Челябинск – мой романтический порыв оказался совершенно бесплодным, зеленый поезд с пединститутской экспедицией всё-таки убежал от меня, несмотря на все попытки его догнать.

Внезапно на крыльце какого-то неказистого одноэтажного дома я увидел Шуру Ковалева, на тот момент – одиннадцатиклассника из археологического кружка Вадима Сунгурова. Он курил, с несколько недовольным видом оглядывая утренние пейзажи поселка – судя по всему, он только что проснулся. Как же я обрадовался Шуре! Уже через минуту я был в доме, где увидел давно ожидаемую картину: какая-то большая комната была заставлена вдоль стен распотрошенными рюкзаками, среди которых в творческом беспорядке стояли рейки и лопаты; в центре она была застелена «пенками» и завалена спальниками, среди которых садились и вставали, просыпаясь, мои друзья и старшие товарищи; на столе у окна громоздилась невысокая куча разных продуктов, там же стояла трехлитровая стеклянная банка с водой, уж закипавшей от вставленного в неё здоровенного кипятильника.

Владимир Петрович Костюков на ракопе кургана с. Анненское, 2003 г.

Владимир Петрович Костюков на ракопе кургана с. Анненское, 2003 г.

После бурных приветствий радостной и неожиданной встречи я, естественно, поинтересовался: почему наши археологи расположились не в школе, где я искал их полночи, а в некоем здании неясного назначения. «Как же не в школе, – ответили мне, – это именно что школа, отдельное здание для младших классов; мы сразу здесь и планировали ночевать».

Антон Наумов на раскопе кургана с. Анненское, 2003 г.

Антон Наумов на раскопе кургана с. Анненское, 2003 г.

Совершенно определенно помню, что руководил той экспедиционной группой Владимир Петрович Костюков, в ее состав входили Леонид Вячеславович Туфленков, Дмитрий Нелин, Вадим Сунгуров, Антон Наумов, Шура Ковалев, Максим Соломатов и одна или две девушки, имён которых моя память не сохранила. Возможно, был и ещё кто-то, прошу прощения, если упустил.

За пару дней мы раскопали небольшой курган, располагавшийся за окраиной поселка. К сожалению, никакой могильной ямы в этом кургане не оказалось. Мы завершили вскрытие всех секторов кургана и уже заканчивали зачистку. В центре насыпи на уровне материковой глины обнаружилось небольшое скопление угольков – в древности здесь какое-то время жгли костер. На самом краю насыпи лежало несколько крупных кусков гранита, мы их расчистили, да так и оставили на месте.

Все были расстроены – выезд оказался неудачным. Зачистку завершили. Леонид Вячеславович и Костюков Владимир Петрович, пытаясь спасти положение, быстро и мощно делали в центре насыпи контрольный прокоп материка, рассчитывая, что, может быть, могильная яма просто не видна на этом уровне и откроется глубже – так бывает в некоторых случаях, впрочем, наш случай был явно не из этих. Остальные участники работ сидели на бровках, курили или бродили вокруг. Получалось так, что мы раскопали не курган кочевников, как намеревались, а какое-то древнее святилище, от обрядов, совершавшихся на котором, не осталось ничего, кроме горстки угля; или кенотаф – пустую курганную насыпь, сооруженную на родовом кладбище в память о погибшем где-то на чужбине сородиче.

Внезапно Вадим Сунгуров, внимательно рассматривавший расчищенные на краю насыпи камни, спрыгнул в раскоп, схватил один из камней, оттащил его немного в сторону, схватил второй, подтащил его и приставил к первому, потом приложил ко второму камню – третий, к третьему – четвертый, затем – пятый. Крупные куски гранита, будучи правильно повернуты, идеально подходили друг к другу и складывались в какую-то длинную фигуру. «Смотрите, это фаллос, фаллос!» – восторженно закричал Вадим. Мы все столпились вокруг камней. Действительно, образовавшаяся из них фигура имела на одном своем конце характерное расширение-утолщение, была совершенно фаллической формы и имела длину более метра.

Вадим, наклонившись, перевернул верхний камень. «Да… А фаллос-то с носом», – потрясенно проговорил кто-то из наших. На обратной стороне верхней части предмета был совершенно чётко выбит нос, приглядевшись, можно было различить и другие черты лица. Перед нами было грубое скульптурное изображение человека, изготовленное около тысячи лет назад тюркскими кочевниками Великой Степи – кипчаками, возможно, находившимися в контакте с угросамодийскими народами. Это каменное изваяние, так называемая «каменная баба», представляло собой, как это обычно и бывает, изображение древнего мужчины-воина.

Вероятно, изваяние было установлено на насыпи изученного нами святилища – возможно, древнего поминального комплекса. Однако впоследствии кто-то – возможно, враги, а может быть и родичи того, кто был высечен в камне, совершая какой-то неизвестный нам ритуал, разбили гранитную скульптуру на пять почти равных частей.

Находка получилась просто великолепной. «Каменные бабы» – фигуры древних воинов – вообще очень редко находят в последние десятилетия. Когда-то они стояли по степи в изрядных количествах и были хорошо заметны, но в конце XIX – первой половине XX века практически все они были выкорчеваны и увезены – одни в музеи, другие в частные коллекции или вообще неизвестно куда. Владимир Петрович, замечательный специалист по поздним кочевникам, сразу определил, что найденное нами изваяние относится к редкому типу и представляет большую научную ценность, в том числе – для реконструкции расселения и миграций кочевых племен, и пришел в замечательное расположение духа. Весь отряд, естественно, тоже очень обрадовался – приятно было, что мы поработали не зря.

Если бы древняя каменная скульптура сохранилась в целости, доставить её в Челябинск стало бы настоящей проблемой. Машины у нас не было, а донести до электрички, потом перегрузить на поезд здоровенную каменную плиту было бы крайне сложно. Однако «каменная баба» была расколота на пять кусков, и каждый из этих кусков был вполне подъемным для одного человека. Куски разложили по рюкзакам самых физически крепких членов отряда, личные вещи которых взялись нести их товарищи. Так в пяти рюкзаках изваяние и доехало до археологической лаборатории пединститута.

Каменное изваяние из культового комплекса Анненское 12 (Костюков В.П., Никулина Е.В., 2003).

Каменное изваяние из культового комплекса Анненское 12 (Костюков В.П., Никулина Е.В., 2003).

Финальное приключение случилось у нас на подъезде к карталинскому вокзалу. Промежуток между прибытием электрички в Карталы и отправлением оттуда поезда в Челябинск был весьма невелик, кроме того, на вокзале к кассам всегда в это время стояла большая очередь, и можно было просто не успеть купить билеты на поезд. Поэтому Леонид Вячеславович заранее собрал деньги на билеты и вручил их Вадиму как самому быстрому и ответственному. Его задача была первым выскочить из вагона в Карталах и сразу же бежать в кассы занимать очередь и покупать билеты.

Электричка подъезжала к Карталам ночью, многие из нас дремали на сиденьях в полупустом вагоне. Но не спал Леонид Вячеславович, он следил за временем и за станциями. На последней остановке перед карталинским вокзалом Леонид Вячеславович решил разбудить Вадима, чтобы тот успел приготовиться к выполнению своей задачи. «Вадим, вставай, Карталы скоро», – сказал он и тронул того за плечо. Вадим моментально проснулся, одним движением переместился в тамбур и выскочил из вагона, решив, что раз его будят, значит, мы уже приехали и ему пора мчаться в кассу вокзала. Двери закрылись, электричка тронулась, Вадим остался снаружи – все это произошло буквально в течение нескольких секунд.

Оторопев, мы смотрели друг на друга. Больше всего впечатлился Леонид Вячеславович, который никак не ожидал таких последствий от своих вполне разумных действий. Электричка набрала ход. До карталинского вокзала оставалось ещё несколько минут и километров, Вадим остался на какой-то станции под Карталами, вместе с ним остались практически все наши деньги – наскрести ещё раз на билеты до Челябинска не представлялось возможным.

Приехав в Карталы, мы выгрузились на перрон и остались там в некоторой растерянности. Надо было ждать Вадима, а когда он доберется до нас – челябинский поезд, скорее всего, уже уйдет.

Однако, как это ни удивительно, пропавший Вадим появился через двадцать или двадцать пять минут. Сообразив, что высадился не в том месте, он быстро побежал по рельсам вслед за электричкой и пробежал эти несколько километров единым махом. Мы успели купить билеты на поезд, и рано утром отряд был уже в Челябинске, а все части кипчакского каменного изваяния были доставлены в лабораторию.

Древний ритуальный комплекс менгиров

Менгир с. Анненское.

Менгир с. Анненское.

Тотемный знак Змея на менгире с. Анненское.

Тотемный знак Змея на менгире с. Анненское.

Тотемный знак — Змея здесь хорошо виден. Он символизировал энергию Земли, которая дуальна по своей природе (добра-злая, положительна-отрицательная, имеет форму волны, двигается, изменяется, несёт энергию, в основном это энергия тела Земли, водоносных слоёв).

В окрестностях села Анненское челябинскими археологами выявлен комплекс менгиров, расположенный непосредственно у железнодорожных путей.

Комплекс носит явно ритуальный характер и состоит из центрального прямостоящего камня высотой 1,95 м, вокруг него расположенных лежащих гранитных плит и нескольких крупных камней поодаль, ориентированных по сторонам света. Сооружение требует дальнейшего исследования. Специалисты опасаются, что близость железнодорожных путей может не лучшим образом сказаться на состоянии древнего памятника. По словам археологов ЧелГУ, до сегодняшнего дня подобных памятников в степях Южного Урала ещё не встречалось.

Святилище состоит из выложенного гранитом круга и антропоморфной стелы с тотемным знаком «змея». Древние святилища всегда располагались в местах выхода энергий Земли, на разломах, подземных руслах рек. В таких местах происходили обрядовые действия и захоронения.

В 1992 году на территории святилища проводились археологические раскопки, во время которых обнаружено место кострища, найдены фрагменты керамики и кости животных.

Стела располагается в 250 м восточнее платформы станции на правом берегу реки Караталы-Аят. В 250-300 м севернее ограды – русло реки, протекающей в этом месте в восточном направлении, в 70 м севернее – железнодорожное полотно.

Памятник локализируется на слегка покатой к северу площадке у подножия возвышенности коренного берега. Высота над уровнем реки – 3 м. Коренной берег в районе расположения памятника не возделывается, растительность на каменистых склонах степная. преобладает ковыль.

Памятник открыт Н.М. Меньшениным в 1985 г. Объект представляет собой каменную конструкцию, состоящую из десятка плит серого и бледно-охристого гранита в разной степени скрытых в дерне. Камни образовуют пунктирный контур нечёткой конфигурации, в целом близкий окружности диаметров 6,7 м. поверхность внутри контура неровная, но без определённо выраженных впадин или понижений. По характеристикам дернового покрова и растительности от окружающей поверхности не отличается.

По словам местных жителей, ограда в прошлом неоднократно раскапывалась. В 1930-х. годах после очередных раскопок, раздосадованные неудачей, артельщики повалили две самые крупные плиты. Вскоре, нарочно для того прибывшими в Анненское казахами, поваленные части ограды были восстановлены. С тех пор местные искатели сокровищ оставили памятник в покое.

В 1992 г. данный объект исследовался челябинским археологом Костюковым В.П., была произведена раскопка памятника. По окончании исследования ограды у ст. Анненск была произведена рекультивация памятника, все каменные элементы ограды сохранены на местах и позициях, которые они занимали до раскопок.

Ограда была сооружена из крупных необработанных плит и глыб удлиненных очертаний. Первоначально они были установлены вертикально и образовали кольцо диаметром 5,0 м. Кольцо вероятно имело обращённый на юг «разъём». В Ю-В секторе находилась прямоугольная в сечении каменная стела из крупнозернистого гранита высотой 1,95 м. Исследователь датировал объект средневековой эпохой. Плоские камни с южной стороны напоминали ворота, возвышенные более чем на 2 метра.

В центре обнаружен мощный прогар, свидетельствующий о долгом горении костра. Верхняя часть одной из плит, стоявшей на юго-восточной стороне ограды (у предполагаемого входа), скруглена и обработана легкой 2-сторонней выборкой, оформляющей «голову» (без деталей лица). На широкой южной грани этой плиты выбит тамгообразный знак в виде извилистой вертикально ориентированной линии или «змеи». Культ змеи был распространён в древние времена, влияние его было и в Египте. Ограда датирована эпохой средневековья (рубеж 1-2 тыс. н. э.). Хотя найденная при раскопках керамика содержит элементы угорской культурной традиции, памятник создан в тюркской среде.

У казахов, проживавших в южной части современной территории Челябинской области, отношение к памятнику, как к сакральному объекту сохранялось до 1930-х гг.

 

342 просмотров всего, 1 просмотров сегодня

Комментарии

avatar
  Подписаться  
Уведомление о